Суфиянова Е.С. О необходимости индивидуализации административного наказания за нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации //Вестник Адвокатской палаты Республики Башкортостан, №1 (34)

Суфиянова Е.С.

О необходимости индивидуализации административного наказания

за нарушение иностранным гражданином или лицом без гражданства режима пребывания (проживания) в Российской Федерации //Вестник Адвокатской палаты Республики Башкортостан, №1 (34) 2015, с.42-44.

 

Санкция части 1.1 статьи 18.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях[1] в качестве административного наказания предусматривает административный штраф в размере от двух тысяч до пяти тысяч рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с положениями части 1 статьи 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность.

Установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан или лиц без гражданства в Российской Федерации должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности, конституционно закрепленным целям, а так же отвечать характеру совершенного деяния.

Изложенное позволяет выделить в качестве одного из принципов назначения административного наказания принцип индивидуализации назначаемого административного наказания. Последнее означает, что назначение дополнительного наказания в виде административного выдворения за пределы Российской Федерации должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, такой меры ответственности, а также ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства. При этом представляется затруднительным достижение в рамках административного судопроизводства баланса публичных и частных интересов при нахождении иностранного гражданина или лица без гражданства в законном браке с гражданином Российской Федерации.

Российская Федерация, будучи социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, и которое осуществляет поддержку и защиту семьи, материнства, отцовства и детства, обязана гарантировать иностранным гражданам и лицам без гражданства права, свободы и государственную, особенно судебную, защиту от дискриминации, в том числе в области семейной жизни на основе уважения достоинства личности и с учетом того, что забота о детях, их воспитание составляют равное право и обязанность. Гарантировать соответствующие права государство обязано, в частности, при установлении и применении правил пребывания (проживания) в Российской Федерации иностранных граждан и лиц без гражданства, а также норм об их ответственности.

Семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации[2] и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений (особенно массовых) и практике уклонения от ответственности.

Пункт 1 статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод[3], признавая право каждого на уважение его личной и семейной жизни, не допускает вмешательства со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности, защиты прав и свобод других лиц.

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела и что государство, связано необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения (Постановление от 28 июня 2011 года по делу «Нунес (Nunez) против Норвегии», § 71; от 27 сентября 2011 года по делу «Алим (Alim) против России», § 78, 80, 81, 83 и 93).

В соответствии с пунктом 2 статьи 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию»[4] въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства вынесено решение об административном выдворении за пределы Российской Федерации, о депортации либо передаче Российской Федерацией иностранному государству в соответствии с международным договором Российской Федерации о реадмиссии, в течение пяти лет со дня административного выдворения за пределы Российской Федерации, депортации либо передачи Российской Федерацией иностранному государству в соответствии с международным договором Российской Федерации о реадмиссии, что не исключает серьезного вмешательства со стороны государства в осуществление иностранным гражданином или лицом без гражданства права на уважение семейной жизни.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 15 июля 1999 года № 11-П, конституционными требованиями справедливости и соразмерности предопределяется дифференциация публично-правовой ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении тех или иных мер государственного принуждения.

В развитие данной правовой позиции Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27 мая 2008 года № 8-П указал, что меры, устанавливаемые в уголовном законе в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате преступного деяния, с тем чтобы обеспечивались соразмерность мер уголовного наказания совершенному преступлению, а также баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от преступных посягательств.

Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации могут быть распространены и на административную ответственность.

В постановлении от 14 февраля 2013 года № 4-П Конституционный Суд Российской Федерации также признал, что устанавливаемые в законодательстве об административных правонарушениях правила применения мер административной ответственности должны не только учитывать характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, а также личности правонарушителя и степени его вины, гарантируя тем самым адекватность порождаемых последствий (в том числе для лица, привлекаемого к ответственности) тому вреду, который причинен в результате административного правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от административных правонарушений; иное - в силу конституционного запрета дискриминации и выраженных в Конституции Российской Федерации идей справедливости и гуманизма - было бы несовместимо с принципом индивидуализации ответственности за административные правонарушения.

Вышеприведенные позиции Конституционного Суда Российской Федерации позволяют автору прийти к выводу о возможности с учетом конкретных обстоятельств дела назначения лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, административного наказания, не предусмотренного санкцией соответствующей статьи Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Изложенное позволяет не назначать иностранному гражданину или лицу без гражданства, нарушившему режим пребывания (проживания) в Российской Федерации и состоящему в законном браке с гражданином Российской Федерации дополнительного административного наказания, ограничившись в конкретном случае назначением административного штрафа. 

 

Адвокат Коллегии адвокатов «АртЛекс»

Е.С. Суфиянова

 

 




[1]              Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 года №195-ФЗ (с посл. изм. и доп. от 13 июля 2015 г. №250-ФЗ) //Собрание законодательства Российской Федерации от 7 июля 2001 г. № 1 (ч.1), ст.1.


[2]              Конституция Российской Федерации. Принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (с посл. изм. и доп. от 21 июля 2014 г. № 11-ФКЗ) // Российская газета. 1993. № 237.


[3]              Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. //Собрание законодательства Российской Федерации от 8 января 2001 г. №2, ст.163.


[4]              Федеральный закон от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (с посл. изм. и доп. от 31 декабря 2014 г. №524-ФЗ) //Собрание законодательства Российской Федерации от 19 августа 1996 г. №34, ст.4029.




Возврат к списку