Мухамадеева Г.А., Зиакаев Б.Р. Практика рассмотрения налоговых споров // Журнал «Вестник адвокатской палаты Республики Башкортостан», 2014, №2(33), С.26-28.

Мухамадеева Г.А., Зиакаев Б.Р. Практика рассмотрения налоговых споров // Журнал «Вестник адвокатской палаты Республики Башкортостан», 2014, №2(33), С.26-28.

 

Налоговый контроль, являясь одним из видов финансового контроля, пронизывает все сферы общественной жизни, в которых функционируют хозяйствующие субъекты, получающие доходы от своей деятельности.

В НК РФ имеется легальное определение налогового контроля, под которым понимается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном Налоговым кодексом (п. 1 ст. 82 НК РФ).

Формы налогового контроля и методы его проведения рассматриваются в юридической литературе в разных аспектах. Целью данной работы является непосредственное рассмотрение тех вопросов, касающихся конкретных форм и методов налогового контроля, которые возникли на практике в последние годы, и нашли свое отражение в судебной практике и практике Федеральной налоговой службы.

Одним из актуальных на сегодняшний день остается вопрос, касающийся сроков проведения камеральной налоговой проверки, а именно является ли нарушение срока проведения камеральной проверки основанием для отмены решения, вынесенного по ее итогам. Согласно п. 2 ст. 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится в течение трех месяцев со дня представления налогоплательщиком налоговой декларации (расчета). В соответствии с правовой позицией, содержащейся в информационном письме Президиума ВАС РФ от 17.03.2003 N 71 "Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса Российской Федерации" срок камеральной проверки не является пресекательным, его истечение не препятствует выявлению фактов неуплаты налога и принятию мер по его принудительному взысканию. Однако существует и другая, более поздняя позиция по указанному вопросу, содержащаяся в Постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 27.08.2013 по делу N А53-33602/2012. Здесь суд пришел к выводу о недействительности решения инспекции, вынесенного по итогам камеральной проверки, длившейся более 2,5 года. Суд указал, что инспекция нарушила принцип недопустимости избыточного или не ограниченного по продолжительности применения мер налогового контроля. Доказательств обоснованности столь длительного срока проведения проверки инспекция не представила. Было отмечено, что длительный срок свидетельствует о нарушении целей налогового администрирования, которые не могут иметь дискриминационного характера, препятствующего предпринимательской деятельности налогоплательщика. Аналогичная точка зрения содержится в Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 10.11.2010 по делу N А70-1902/2010, в котором суд указал, что длительный срок проведения проверки (свыше трех месяцев со дня представления налоговой декларации) свидетельствует о нарушении налоговой инспекцией целей налогового администрирования. Регламентация сроков взыскания налогов и сроков проведения налоговых проверок направлена на достижение равновесия участников отношений, регулируемых законодательством о налогах.

Также в судебной практике зачастую возникают вопросы, касающиеся непосредственно методов налогового контроля. Например, вопрос о законности  производства осмотра территорий и помещений налогоплательщика во время камеральной проверки. Согласно п. 1 ст. 92 НК РФ должностное лицо инспекции, которое осуществляет выездную налоговую проверку, в целях выяснения обстоятельств, имеющих значение для данного мероприятия, вправе производить осмотр территорий, помещений, документов, предметов проверяемого налогоплательщика. Доступ на территорию или в помещение налогоплательщика указанных должностных лиц осуществляется при предъявлении ими служебных удостоверений и решения о проведении выездной налоговой проверки данного налогоплательщика. Согласно п. 2 ст. 91 НК РФ проверяющие могут производить осмотр территорий или помещения налогоплательщика либо осмотр объектов налогообложения для определения соответствия фактических данных сведениям, указанным в документах, представленных налогоплательщиком. Так, в Постановлении ФАС Центрального округа от 28.12.2011 по делу N А08-2014/2011 суд установил, что в отношении предпринимателя была проведена камеральная проверка, в ходе которой был осуществлен осмотр помещений и территорий. При этом у налогового органа отсутствовали основания для проведения такого осмотра. ФАС отметил, что указанные действия инспекции неправомерны. Диаметрально противоположной является позиция, выраженная в Постановлении ФАС Западно-Сибирского округа от 29.06.2011 по делу N А46-14218/2010. В данном споре суд указал на то обстоятельство, что ст. 92 НК РФ регламентирует порядок проведения осмотра при выездной налоговой проверке, не означает запрета на осуществление такого мероприятия при проведении камеральной проверки для определения соответствия фактическим данным сведений, отраженных в представленных налогоплательщиком документах.

Также на сегодняшний день по-прежнему остается актуальным вопрос о взаимодействии налоговых и правоохранительных органов при осуществлении налогового контроля. В частности, наибольшие проблемы на практике вызывает вопрос допустимости в качестве доказательства результата допроса (опроса) свидетеля, полученный от правоохранительных органов. В силу п. 1 ст. 36 НК РФ по запросу налоговых органов в проводимых ими выездных проверках участвуют органы внутренних дел. При выявлении обстоятельств, которые требуют совершения действий, отнесенных Налоговым кодексом РФ к полномочиям налоговых органов, органы внутренних дел, следственные органы обязаны в десятидневный срок со дня выявления указанных обстоятельств направить материалы в соответствующий налоговый орган для принятия по ним решения.

Пленум ВАС РФ в п. 45 Постановления от 30.07.2013 N 57 "О некоторых вопросах применения части первой Налогового кодекса Российской Федерации" указал следующее: при исследовании и оценке представленной инспекцией доказательственной базы по налоговым делам судам надлежит исходить из того, что полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий материалы могут использоваться налоговыми органами в числе других доказательств при рассмотрении материалов проверки (п. 4 ст. 101 НК РФ) или при осуществлении производства по делу о предусмотренных Налоговым кодексом РФ правонарушениях (п. 7 ст. 101.4 НК РФ), если такие мероприятия проведены и материалы оформлены согласно требованиям Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности". Также, по нашему мнению, необходимо обратить внимание на Постановление ФАС Центрального округа от 26.03.2014 по делу N А08-991/2013, в котором суд признал ненадлежащими доказательствами объяснения свидетелей, отобранные привлеченным к участию в выездной проверке сотрудником внутренних дел. Суд отметил, что указанное лицо не является сотрудником инспекции и не может осуществлять мероприятия налогового контроля. Инспекция не доказала, что спорные объяснения получены полицейским в связи с уголовным делом или производством по делу об административном правонарушении либо в связи с проверкой заявлений и сообщений о преступлениях, административных правонарушениях, происшествиях, разрешение которых отнесено к компетенции полиции. Также не доказано, что объяснения были получены и переданы налоговому органу в соответствии с порядком, установленным Федеральным законом N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности".

Актуальным на сегодняшний также остается вопрос об истребовании у проверяемого лица документов, касающихся его контрагентов.

Пункт 1 ст. 93.1 НК РФ предусматривает возможность истребования документов (информации), касающихся деятельности проверяемого налогоплательщика, у контрагентов или иных лиц, располагающих этими документами (информацией). Согласно п. 2 этой же статьи, в случае если вне проверок у налоговых органов возникает обоснованная необходимость получения информации относительно конкретной сделки, должностное лицо налогового органа вправе истребовать эту информацию у участников сделки или иных располагающих ею лиц. В постановлении ФАС Поволжского округа от 26.08.2013 по делу N А65-25346/2011 по этому поводу указано, что запрошенные инспекцией документы являются внутренними учетными документами контрагента, содержащими в себе сведения о его деятельности и налоговых обязательствах, и не касались проверяемых налогоплательщиков. Истребованная информация также относится к деятельности контрагента и его взаимоотношениям с лицами, не являющимися проверяемыми налогоплательщиками.

Требование было признано недействительным как не соответствующим ст. 93.1 НК РФ. Данная норма предполагает возможность истребования только тех документов (информации), которые касаются деятельности проверяемого налогоплательщика (плательщика сбора, налогового агента).

Суд, учитывая не соответствие требования закону, а также тот факт, что общество не отказывалось от предоставления документов, пришел к выводу об отсутствии вины организации во вменяемом налоговом правонарушении. Аналогичная позиция изложена в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 10.06.2013 по делу N А43-18174/2012, где суд указал, что требование о представлении документов о контрагенте проверяемого налогоплательщика не соответствует ст. 93.1 НК РФ, поскольку в нем отсутствовала информация о том, что документы касаются деятельности проверяемого налогоплательщика. Налоговый орган не обосновал и не доказал того, что запрошенная информация касается финансово-хозяйственной деятельности последнего, может его охарактеризовать и ее каким-либо образом можно использовать при проведении проверки. Противоположная позиция содержится в Постановлении ФАС Поволжского округа от 07.04.2011 по делу N А55-15446/2010, в котором суд не принял довод банка о неправомерности истребования инспекцией документов о деятельности не проверяемого налогоплательщика, а его контрагентов. Как указал суд, в порядке ст. 93.1 НК РФ могут быть истребованы документы, касающиеся деятельности проверяемого налогоплательщика. При этом законом не установлено, насколько истребуемые документы должны касаться деятельности проверяемого налогоплательщика. Отношение конкретных документов к деятельности проверяемого налогоплательщика определяет налоговый орган.

Исходя из всего вышеизложенного можно сделать вывод о том, что в большинстве своем проблемные вопросы, касающиеся непосредственно форм и методов налогового контроля оперативно находят свое разрешение в практике высших судов, что безусловно дает нам всем повод надеяться, что подобного рода проблем толкования одних и тех же норм Налогового кодекса в скором будущем станет заметно меньше.   


Возврат к списку